Как доктор из РФ (Российская Федерация — государство в Восточной Европе и Северной Азии, наша Родина) под обстрелами выручает обитателей Карабаха. Репортаж

статья из сюжета

Обострение конфликта в Нагорном Карабахе

Каждую ночь (то есть темное время суток) столица Карабаха — город Степанакерт — и ее округи подвергаются ударам азербайджанских беспилотников и реактивных систем залпового огня (РСЗО). Местные врачи из службы скорой помощи обязаны работать круглые сутки. Они доставляют по лазаретам покалеченых, навещают перебравшихся в подвалы штатских. Корреспонденты URA.RU в одну из ночей вышли на дежурство с таковой бригадой.

На степанакертской станции скорой помощи из 60 служащих, на месте находится третья часть. Других, в основном семейных, эвакуировали в Армению. Те, кто не уехал, работают без перерыва и практически не возникают дома. Их дежурство началось днем 27 сентября с началом войны и длится до сих пор. Конкретно врачи из этого подразделения работали в центре городка в ночь (то есть темное время суток) на 17 октября, когда две ракеты «Смерч» свалились на центральную улицу городка, 3-я поразила гостиницу «София», а 4-ая убила дом в личном секторе.

«Томная работа, но мы сами вызвались», — гласит доктор Зоя Кирокосян, которая считается в республиканской поликлинике, а на данный момент дежурит на скорой помощи.

Сама Зоя из Амурской области. Ее предки — папа-армянин и мама-гречанка — переехали туда с Южного Кавказа еще при русской власти. Зоя родилась на Далеком Востоке, там выучилась на доктора, в 1993-м возвратилась на историческую родину, в Армению, а в 1998-м переселилась в Карабах.

«Очевидно, не лишь ночкой ездим, но и деньком. Навещаем штатских. Они в подвалах на данный момент — дамы, старики. Проверяем их здоровье, назначаем исцеление. Поликлиника наша переполнена ранеными, работает в качестве лазарета. Потому заболевшим приходится помогать амбулаторно. Если кому-то совершенно плохо, то отправляем в Бердзор (город в Нагорном Карабахе) либо в Ереван», — ведает доктор.

В регистратуре станции раздается телефонный звонок — 1-ый вызов. В одном из подвалов недалеко мужик очень обжег руку. Прибывшие врачи спускаются в освещенное помещение, проводят нужные процедуры и ворачиваются в машинку.

Зоя отлично запомнила 1-ый денек возобновления войны: «Воскресенье. Как раз собиралась на дежурство, и в районе 7:00 начались бомбежки и обстрелы. Мы сходу направились по городку собирать пострадавших. Совершенно, время от времени в районы выезжаем, перевозим тяжело покалеченых в республиканский медцентр.

Бывает, едем и возникают дроны, приходится тогда по часу-полтора ожидать, пока небо не освободится».

2-ой вызов. На этот раз двигаться приходится еще подольше. Карета скорой передвигается с выключенными фонарями. В конце концов тормозит около многоэтажки. Снова спускаемся в подвал: там вкупе с соседками живет бабушка. На фоне обстрелов и переживаний у нее усугубилось самочувствие. Вкалывают успокоительное, и мы едем назад.

Зоя признается, что не опешила возобновлению военного конфликта. «Естественно, не хотелось бы, чтоб конфликт (наиболее острый способ разрешения противоречий в интересах, целях, взглядах, возникающий в процессе социального взаимодействия) затянулся либо, наиболее того, расширился, — гласит она. — Мне кажется, нужно вмешательство третьей стороны — Рф (о популярности таковых настроений в Карабахе мы уже писали). Наша родина ведь в свое время, при большевиках, распределила Карабах в состав Азербайджанской ССР. Что созодать сейчас? Может быть, прислать миротворцев».

3-ий звонок. Отправляемся на окраину городка и высаживаемся около личного строения. Снутри на диванчике посиживает мужик средних лет в окружении родственниц. У него в один момент поднялась температура, препядствия с дыханием. Подготовительный диагноз (медицинское заключение об имеющемся заболевании) — пневмония либо даже коронавирус. Ему выдают направление на компьютерную томографию (получение изображения внутренней структуры объекта).

Зоя не жалеет, что приходится работать под обстрелами. «А кто станет помогать? — гласит доктор. — Тем наиболее, я лейтенант мед службы. Ну, допустим, я уеду. Хорошо. А позже очередной и еще. И что будет с этими ранеными мальчуганами, с бабушками, которых из-под развалин достают? Их же должен кто-то довезти, оказать помощь».

К риску самой оказаться посреди покалеченых Зоя относится расслабленно. «Один раз родился, один раз умрешь. Не знаешь, когда это случится.

1-ые три-четыре денька эмоции (Эмоции отличают от других видов эмоциональных процессов: аффектов, чувств и настроений) еще присутствовали, а позже видишь истерзанные тела и потом уже просто верно работаешь. Вот сирена звучит, а мы смеемся и все.

Само собой, тяжело. Тем наиболее, у нас здесь подвала нет. Пережидаем в коридорчике. Любой, как атлант, по стенке держит. Решили, как война закончится, всем коллективом на 10 дней в отпуск уйдем», — поведала она.

Подписывайтесь на URA.RU в Гугл News, смотрите за главными новостями Рф и Урала в telegram-канале URA.RU и получайте все самые принципиальные известия с доставкой в вашу почту в нашей каждодневной рассылке.

{{inside_publication.title}}
{{inside_publication.description}}

Источник: ura.news

Добавить комментарий